Утро вторника. Самое противное утро всей недели. Вчера был рабочий день, сегодня рабочий день, завтра рабочий день... А еще только начало недели.
Будильник на телефоне запищал как всегда, ровно в шесть. Подождал две минуты и снова запищал. Потом еще через две минуты. На четвертый раз допищать до конца ему не удалось. Хозяин мобильника, тихо матерясь, отрубил ненавистного вестника пробуждения.
Сел на кровати. Ноги в тапки. Пальцем на кнопку включения компьютера.
Зашелестели кулеры.
Парень, накинув футболку и поеживаясь от холода, направился в ванную. Зубная паста, щетка. Уставился на себя в зеркало. Темные круги под глазами, щетина, растрепанные волосы. То, что называется помятым видом. Вздохнул с полным пены ртом.
Где-то за спиной загрузился компьютер и запел Курт Кобейн. Бальзам на уши после долбаного будильника.
Осмотр холодильника ничего интересного не показал. Сомнительного вида колбаса да кусок сыра. И еще кетчуп, которому, судя по возрасту, уже пора в школу.
Слава богу, чая еще достаточно. Нехитрый завтрак за просмотром набежавшей за ночь почты. Мигающие в аське окончания вчерашних диалогов. Новые сообщения на форумах. Лента новостей. Вот уже и пять минут назад надо было выходить.
Наскоро оделся, вышел из квартиры.
На улице как всегда - темень, холод, ветер, грязь и семь утра. Пришлось вернуться в подъезд, чтобы закурить. Плеер в уши, и бодрой походкой целеустремленного человека вперед, на остановку. Ровно через пол песни плеер, пискнув, отрубился. Села батарейка. Ну вот. Оставалось только слушать вой ветра да шлепанье ног по лужам.
Толпа народу на остановке, привычное запихивание своего драгоценного тела в маршрутку. Привычные пятьдесят минут стоя в пробке. Привычное опоздание на работу.
***
Она проснулась от звука закрывающейся двери. Открыла глаза. Поморгала немного, уставившись в потолок. Улыбнулась себе, как делала специально, каждое утро. Встала, накинула халат.
Пол десятого. Родители как раз уехали на работу.
Включила радио и под жизнерадостную болтовню ди-джеев ушла принимать душ. Сегодня было как-то особенно лениво, по этому, после не долгих раздумий, она помыла только голову.
Высушиваясь феном, осмотрела себя в зеркале на предмет всяческих прыщей и осталась довольна. На кухне стоял приятный запах жареных тостов с плавленым сыром, которые каждое утро ел папа. Но она, как всегда, обошлась творогом и йогуртом.
Потом легкий макияж. Опять - же, потому, что лениво.
За окном нечто серое. То ли туман, то ли тучи сегодня опустились до окон четвертого этажа.
Погода неопределенная, по сему и выбор одежды предстоял нелегкий. Спустя двадцать минут она все-таки победила в неравной схватке с горой одежды, выделив те самые вещи, в которых именно сегодня она будет неотразима.
Без пяти одиннадцать, еще можно успеть на третью пару. Еще несколько минут на раздумье о том, какую сумочку взять.
Времени оставалось совсем не много, да и ехать в забитой галдящей толпой маршрутке ей очень не хотелось, по тому поймала попутчика. Мужик попался молчаливый, и всю дорогу она ехала, глядя в окно и периодически улыбаясь очередной шутке ди-джея все того - же радио.
***
Что-то сегодня его ничего не радовало. Наверное, погода. Звонки по телефону с тупыми как никогда вопросами. Начальство, докапывавшееся пол часа до какой-то малозначительной детали проекта.
Ледяная сосиска в хот-доге на обеденном перерыве. Под конец дня настроение было такое, что попадись ему кто под горячую руку - пожалел бы.
Без двадцати пять он вышел на улицу покурить. К вечеру немного распогодилось. Туман, конечно, никуда не пропал. Да и грязь и не думала засыхать. Но хоть пропал этот проклятый ветер, который куда не повернись всегда дует в лицо. Курил с каким-то садистским наслаждением, делая глубокий вдох с каждой затяжкой. Успокаивался. И вдруг почему-то понял, что у него испортилось настроение, при чем по настоящему, работе так его испоганить никогда не удавалось. Ерунда какая-то...
Все - же хорошо. Щелчком отправил сигарету в урну и пошел наверх, собираться.

Дочитать