На скорости пятьсот метров в секунду семидесяти семи миллиметровая бронебойная пуля пробила стекло, кевларовый жилет, несколько ребер, позвоночник, кресло и застряла где-то в металлической обшивке кабины.

Мертвый водитель продолжал давить на газ, уткнувшись головой в руль. Сидевший рядом напарник как раз заканчивал рассказывать свою любимую историю про фермера и бобы, когда его обдало фонтаном крови. Еще не до конца понимая, что произошло, он, двигаясь на одних рефлексах, пригнулся, выхватил автомат, и не глядя открыл огонь через щель в правом окне куда-то вперед.

Он пришел в себя только тогда, когда, забившись под сиденье, перезаряжал обойму. Через секунду - услышал визг тормозов и всем телом ощутил сильный удар.

Где-то позади слышались крики и беспорядочная стрельба. Кричали про засаду и про укрытие. Он поднял голову, всего на несколько сантиметров, чтобы посмотреть, куда несется грузовик. Но единственное и последнее, что он увидел в своей жизни, было трещиной в лобовом стекле. Стрельба и крики стихли, стало тихо и темно.

Снайпер лежал на раскаленной крыше бывшего дома номер тридцать по улице Нежинской. Оптика постоянно запотевала, и снайперу приходилось, отрывая взгляд от дороги, протирать линзу тыльной стороной перчатки.

Перед первым выстрелом она, как учил отец, закрыла глаза, продолжая вести цель мысленно, зная наизусть ее скорость, все ямы и помехи на дороге, которые цель будет объезжать. Открыв глаза, она еще раз окинула взором всю колонну, три машины — два хаммера и средних размеров грузовик. Сделала глубокий вдох.

Все стекла в машинах были прикрыты листами стали толщиной в пятьдесят пять миллиметров, но сквозь тонкие бойницы, оставленные, чтобы видеть дорогу, она прекрасно видела солдат.

Первый выстрел практически разорвал водителя грузовика. Она почти мгновенно перевела прицел на второго солдата, сидевшего на пассажирском сидение, но он успел пригнуться. Все, что ей оставалось — только похвалить его отменную реакцию. И ждать.

Грузовик, набирая скорость, столкнул с дороги ведущий хаммер. Секунду спустя в перекрестье прицела все-таки показалась голова второго солдата, и она нажала на спуск. Грузовик тем временем домчался до перекрестка, сбил чудом уцелевший столб и, въехав в глубокую воронку, перевернулся. Из кузова высыпалось несколько тяжелых, защитного цвета ящиков.

Хаммеры стали поодаль, выставив свои бронированные бока в сторону, где, предположительно, засел снайпер. Солдаты укрылись с другой стороны. Морщинистый и уже не молодой капитан, гордость двенадцатого отделения, ветеран, прошедший Ирак и Иран, еще не успел связаться с базой, когда раздался очередной выстрел, и один из его солдат упал замертво на грязную мостовую. По звуку выстрелов и характеру ранений, капитан безошибочно определил, что стрельба ведется из снайперской винтовки Драгунова. Любимое оружие террористов и коммунистов спутать с чем-то другим было невозможно. Учитывая скорость пули, снайпер засел не далее чем в трехстах метрах, на крыше или верхнем этаже одного из зданий впереди. Уточнив обстановку, с базы пообещали выслать пару апачей для зачистки, и тягач для транспортировки грузовика.

Девочка в стертых джинсах, майке с надписью Depeche Mode и кроссовках, бывших когда-то белыми, неслась вниз по потрескавшимся ступеням. Пять килограмм амуниции за спиной существенно уменьшали ее скорость, но она торопилась, как могла. После крыши здесь, в подъезде, было хорошо и прохладно. Тут практически не осталось привычных запахов плесени и кошек. Все исчезало, даже это. Девочка бежала мимо открытых квартир, стараясь не заглядывать внутрь. Стараясь не помнить.

Читать дальше: глава вторая